gorlis_gorsky (gorlis_gorsky) wrote,
gorlis_gorsky
gorlis_gorsky

Categories:

23 февраля - день труса и тряпки. Правильно засРашка празднует этот день)

"23 февраля 1968 года, я получил свою первую медаль «50 лет Вооруженных Сил СССР».
Весь наш народ и все прогрессивное человечество в торжественной обстановке отметили славный юбилей тех первых побед, которые и стали днем рождения непобедимой и легендарной Советской Армии.
Я — страстный поклонник орденов и медалей.
О своей первой медали мечтал в караулах и нарядах, о ней тайно писал стихи. В тот год я добивал свой десятый год в погонах — семь лет в алых, третий — в малиновых.
И вот - первая медаль. Она была великолепна: большая, сверкающая, с красной эмалью по звездочке, на атласной голубой ленточке с белыми и красными полосочками посередине. Я не носил ее на груди. Нет. Я все еще держал ее в кулаке, не веря своему счастью.
В тот день я решил учиться еще лучше… И решил начинать прямо сейчас.
Праздничные дни пройдут, а сразу после них — семинар по ленинской работе «Тяжелый. но необходимый урок».
Эту работу мы изучали несчетное количество раз.
Товарищ Ленин учил нас, что с противником надо бороться. С ним надо уметь бороться!
Лекторы обычно произносили эти слова с ударением на слове «уметь». К семинару можно было и не готовиться. Работу эту я знал почти наизусть.
А тут я решил: почему почти? Дай я ее выучу наизусть. Раскрыл ленинский том, сижу, учу: «Эта неделя явилась для партии и всего советского народа горьким, обидным, тяжелым, но необходимым, полезным, благодетельным уроком».
Учу не только ленинскую статью, но и примечания к ней: статья впервые опубликована 25 февраля 1918 года в вечернем выпуске газеты «Правда».
Это надо запомнить особо.
Подметил: такие мельчайшие детальки ценятся любой экзаменационной комиссией чрезвычайно высоко. Если между прочим бросить как нечто незначительное: "…25 февраля 1918-го в вечернем выпуске…", то любая экзаменующая рука немедленно подрисует к пятерке большой жирный плюс.


И маленькое открытие согрело душу: вот семинар будет, а вряд ли кто внимание обратил, что мы обсуждаем ленинскую работу ровно через 50 лет после ее первой публикации…

Вот тут меня и прожгло.
Вот тут-то я воздухом и захлебнулся. Сначала что-то понял, но не сообразил еще, что именно, еще не успел сам для себя понятное выразить словами и образами.
Только отдышавшись, начал осмысливать: 50 лет назад, 23 февраля 1918 года, Красная Армия под Псковом и Нарвой одержала свои первые блистательные победы, которые мы вот уже 50 лет дружно празднуем, за которые мы, потомки, никогда не воевавшие, медали получаем.
Почти одновременно с этим историческим событием, тоже 50 лет назад, 25 февраля 1918 года, в вечернем выпуске газеты «Правда»…
В вечернем выпуске… То есть, был дневной выпуск, но там статьи Ленина еще не было.
Днем ленинскую статью только набирали…
Следовательно, Ленин ее писал 24-го или в ночь на 25 февраля 1918 года.
23 февраля - великие победы, а 24-го, узнав о победах, товарищ Ленин, матерясь и кусая ногти, пишет срочно, что вся прошедшая неделя была для всего советского народа «горьким, обидным, тяжелым уроком».
Товарищ Ленин раздает ценнейшие советы: с противником надо бороться! С противником надо уметь бороться! С ударением на слове «уметь».
Как же глубок ленинизм! Не будь ленинских томов, мы бы и не знали, что с противником надо бороться… Да не просто надо бороться, а еще и уметь.
Товарищ Ленин, не называя по имени, кроет кого-то, не умеющего бороться: «…мучительно-позорные сообщения об отказе полков сохранять позиции, об отказе защищать даже Нарвскую линию, о неисполнении приказа уничтожить все и вся при отступлении; не говоря уже о бегстве, хаосе, близорукости, беспомощности, разгильдяйстве».


Я всегда подозревал в себе сумасшедшего: в нашей армии за 50 лет служили десятки миллионов людей. «Тяжелый, но необходимый урок» — в золотой десятке обязательных ленинских работ, которые каждому военному человеку полагалось знать если не наизусть, то весьма близко к тексту.
Неужто никто не обратил внимания на эту близость дат? Открывать-то тут нечего. Но почему я вижу эту близость, а никто другой не видит?
И говорит Ленин не о каком-то таинственном участке обороны, но называет Псков и Нарву своими именами.

Не схожу ли я...
И не понятно: неужели большие начальники из
Главпура, те, кто нам эти работы настоятельно рекомендует, не заметили, что при простом наложении дат ленинская статья одним только своим названием опровергает любые рассказы о великих победах, якобы одержанных 23 февраля 1918 года?
И что есть урок?
Каждый из нас попадал в положение, когда натворил что-то и оправдаться нечем. И вот тогда, за неимением лучшего, мы обращаемся к общему собранию коллектива: это будет для меня уроком…

Вот и товарищ Ленин развалил армию и флот своей антивоенной агитацией, германы нажали, фронт рухнул, и надо товарищу Ленину перед всей Россией ответ держать. И он мямлит: это урок…И он советует: с противником надо бороться… и т.д.
Гениальность Ленина в том, что он молол чепуху, с которой не поспоришь.
Кому придет в голову утверждать обратное? Кто будет доказывать, что с противником не надо бороться? Что не надо уметь бороться?

Я о чем?
О том, что если бы Павел Дыбенко 23 февраля 1918 года одержал великие победы под Псковом и Нарвой, то товарищ Ленин, узнав об этом 24 февраля, за день и ночь написал бы статью совсем другую и в вечернем номере газеты «Правда» 25 февраля 1918 года появилось бы нечто совсем по содержанию иное.
А получился обидный и горький урок.
И, понятно, - весьма необходимый.
Пока гром не грянул, товарищ Ленин, как тифозная вошь, армию разлагал «Окопной правдой» и прочей мерзостью, публикуемой на немецкие деньги.
Но преподали немцы урок товарищу Ленину, и он узаботился обороной страны.


С того дня, великие победы под Псковом и Нарвой стали для меня предметом особого и несколько нездорового интереса, имя великого полководца Дыбенко — тоже.
Благо книг о войне у нас написано много и теми книгами забиты все библиотеки.
И вот — «Размышления о минувшем» генерал-лейтенанта С.А. Калинина.
В 1918 году, солдат Калинин, вернувшись с фронта, творит революцию в Самаре.
Голод. Разруха. Положение коммунистов шаткое. Людей не хватает.
«Не помню сейчас точно, в конце марта или в начале апреля, в Самаре произошло событие, взволновавшее всю партийную организацию. В город неожиданно, без всякого предупреждения, прибыл эшелон балтийских моряков во главе с П.Е. Дыбенко. Вначале мы обрадовались новому пополнению. Но в тот же день в губком пришла телеграмма за подписью М.Д. Бонч-Бруевича. В телеграмме предлагалось немедленно задержать Дыбенко и препроводить в Москву за самовольное оставление вместе с отрядом боевой позиции под Нарвой» (страница 71).

Нам говорили, что под Нарвой — великие победы, а сам победитель почему-то сбежал, и его по всей стране ловят.
И вот самарские большевики решают, как с матросиками обойтись. Решили: делегатом идет один Калинин без охраны и без оружия. «Как только я появился на перроне вокзала, матросы взяли меня под стражу и, как „контру“, привели в вагон Дыбенко. За столом сидел богатырского вида моряк…»
Коммунист Калинин устыдил революционера Дыбенко, тот раскаялся и решил возвращаться в Москву.

Конец истории я узнал через 21 год.
26 февраля 1989 года «Красная звезда» поместила большую статью о великом полководце Дыбенко, в которой парой строк сказано: «За отход от Нарвы и самовольный отъезд с фронта Дыбенко исключили из партии. (Был восстановлен только в 1922 году.) Он предстал перед судом Революционного трибунала… Совнарком вынес решение — отстранить Дыбенко с занимаемого поста. Павел Ефимович к этому себя уже подготовил: „Конечно, я виноват в том, что моряки добежали до Гатчины…"“


Случилось вот что.
Члену первого Советского правительства товарищу Дыбенко и его доблестным матросам приказали остановить германские войска под Псковом и Нарвой.
Никаких побед пламенные революционеры ни под Псковом, ни под Нарвой не одержали, никого не остановили, неувядаемой славой своих знамен не покрыли.
Наоборот, при первых столкновениях с противником изнеженные матросики, просидевшие всю войну в портах, дрогнули и побежали.
И наш герой — вместе с ними. А может быть, впереди.
Защитники революции добежали до самой Гатчины.
Тут надо открыть карту, чтобы оценить героический путь.
120 километров бежали защитники социалистического отечества. Три марафона по глубокому февральскому снегу.
В Гатчине захватили эшелон и понеслись по стране спасать свои революционные шкуры.
Вдогонку спасающимся, глава высшего военного совета Бонч-Бруевич рассылает по стране телеграммы: поймать героев и под конвоем доставить в Москву.
Герои должны были остановить противника, но их самих надо останавливать.
Если удастся найти…


Героев обнаружили аж в Самаре.
За Волгой.
Теперь надо взять глобус, и оценить этот героический отход.

Появились герои-балтийцы в Самаре в конце марта или в начале апреля. И кто знает, где за целый месяц после великих побед они еще успели побывать. Может быть, добежали до озера Байкал, убедились, что за ними никто не гонится, и возвращаются?
Тут, по глубоким тылам, они защищают революцию: хватают первого попавшегося и допытываются, не контрик ли. Тут им храбрости хватает. Меня только вопрос интересует: а чем революционер Дыбенко все это время после бегства из-под Нарвы кормил своих революционеров? Ведь прожорливые.

Еще вопрос: а от кого революционеры побежали?
Побежали от германской армии. А понятие об этой армии весьма растяжимое. В то время германские матросики от безделья тоже бунтовали в своих портах.
В то время Германия уже голодала. В то время германская армия была уже полностью и окончательно истощена войной. Германская монархия рухнула в ноябре 1918 года. Продержалась она до ноября только потому, что товарищ Ленин в марте 1918 года подписал с кайзером Брестский мир и отдал кайзеру Украину до самого Курска и Ростова вместе с рудой, углем и сталелитейной промышленностью, вместе с хлебом и мясом.
Ленин отдал кайзеру Польшу и Прибалтику, выплатил огромные репарации золотом и хлебом. Вот оттого кайзеровская армия и дотянула до осени.
Но в феврале 1918 года, всей этой ленинской помощи кайзеру еще не было, потому Германия стояла на самом краешке, стояла над пропастью.
Юрий Фельштинский пишет: «Но самым удивительным было то, что немцы наступали без армии. Они действовали небольшими разрозненными отрядами в 100-200 человек, причем даже не регулярными частями, а собранными из добровольцев. Из-за царившей у большевиков паники и слухов о приближении мифических германских войск города и станции оставлялись без боя еще до прибытия противника. Двинск, например, был взят немецким отрядом в 60-100 человек. Псков был занят небольшим отрядом немцев, приехавших на мотоциклах. В Режице германский отряд был столь малочислен, что не смог занять телеграф, который работал еще целые сутки»
(Крушение мировой революции. С. 259-260).


Вот от этого воинства и бежал член Советского правительства, народный комиссар по морским делам, полководец и флотоводец Дыбенко со своими вояками.
Петроград он бросил без всякой защиты, а у немцев просто не было сил его захватить.

Немцы так до Петрограда и не дошли.
А Дыбенко, пробежав незамеченным мимо Москвы, убежал за Волгу.


В.Суворов, "Очищение"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments