May 26th, 2014

ЗЕлупа

Газовая афера Путина: Воры ликуют в ожидании мегараспила

Кремлепропаганда уже два дня надрывается, пытаясь убедить быдло, что газовый контракт с Китаем – величайшее достижение Великого Пу, крупнейшая газовая сделка в истории человечества и все такое прочее. В блогосфере встрепенулись якобы уже официально непроплачиваемые едрисней борзописцы и наперебой стали убеждать друг друга, что Европа теперь сосет, а Америке показали фак.

За скобками остается вопрос о том, является ли этот контракт вообще рентабельным. Так ясен хрен, он нерентабелен! Как так – нерентабелен? – дружно взвизгивают застабилы и пропутинцы, — не может же Россия торговать газом себе в убыток!!!

Не, дурачки, это как раз очень даже может быть, более того, в сложившихся условиях иного быть не может.
Логика распильного капитализма отличается от логики просто капитализма.
При просто капитализме высшая цель – прибыль, прибыль любой ценой.
При путинском распильном капитализме «участники рынка» стремятся к наращиванию затрат, а вовсе не к прибыли. Секрет прост: чем выше затраты, тем больше откаты, следовательно, тем больше спиионерят лица, допущенные к кормушке, и поделятся с теми, кто стоит у кормила. А окупаемость проекта их волнует не больше, чем вопрос о том, есть ли жизнь на Марсе.

Классический тому пример – ВСТО. На сегодняшний день ухлопали в проект феерическое количество денег – порядка 750 млрд. руб., включая обустройство порта Козьмино (сколько это в долларах – сказать трудно, потому что курс доллара последние годы скакал с 28 до 36). Денежки освоили, ленточку разрезали, протрубили по всем телеканалам и… тишина. А нефть как возили в Козьмино вагонами – так и продолжили возить. Правда, вместо 15 млн. т в 2013 г. планировалось перевезти только 3 млн. т. Спрашивается, нахрена, если проектная мощность ВСТО-2 до нефтеналивного порта Козьмино – 25 млн. т. нефти в год?

Не пытайтесь увидеть в этом хоть какую-то логику. По данным на 2010 г. себестоимость прокачки одного барреля по ВСТО — $18, а сетевой тариф был определен в $7. Учитывая, что прокачано было 110 млн. баррелей, то убыток госкомпании подсчитать будет несложно. Всего же плановые убытки «Транснефти» на ВСТО в 2010 г. рассчитывались в размере 30 млрд. руб. – 10% всей прибыли компании. А убыток государственной «Транснефти» – это прямой убыток государства. Во втором полугодии тариф подняли на 3,3-13,5%, но положение это никак не спасло.

Вообще аббревиатура ВСТО расшифровывается, как Восточная Сибирь – Тихий океан. Зомбоящик вещал, что в Восточной Сибири якобы открыты несметные нефтяные богатства и нефтепровод позарез нужен для того, чтобы «черное золото» доставить на рынок. Однако в Восточной Сибири не добывается столько нефти, чтобы заполнить экспортную трубу, более того, даже в перспективе там не будут добывать столько, чтобы прокачивать через ВСТО 80 млн. т в год. Я затрудняюсь как это назвать – фантастикой или маразмом. Скорее всего, последнее.
По факту в 2010 г. из перекачанных 15,3 млн. тонн 5,9 млн т — это нефть Восточной Сибири и 9,4 млн т — нефть Западной Сибири.
А теперь вопрос знатокам: на кой хрен нужно качать западносибирскую нефть на Дальний Восток (а потом еще и цистернами тягать до порта), если по Балтийской трубопроводной системе (БТС) можно прокачать нефть до танкера гораздо дешевле – в 3.5 раза!
То есть получается, что не имея нефти, построили нефтепровод для ее перекачки.

Понятно, что экономической целесообразностью здесь даже близко не пахнет.
Может быть, медвепуты и сечемиллеры поголовно сошли с ума и разучились пользоваться калькулятором?
Нет, считать денежки они очень даже хорошо умеют.
Свои денежки.
Так, еще в 2009 г. Минфин России обнулил пошлину на экспорт нефти с ряда месторождений Восточной Сибири.
Попросил об этом правильный пацан — Игорек Сечин.
Отказать ему – все равно что Вову Путина нах послать.
И Минфин не отказал, разумеется. Ежегодно от этого бюджет будет терять астрономическую сумму – не менее 120 миллиардов рублей в год. Но если в бюджете денег становится меньше, то на оффшорных счетах у правильных пацанов миллиардов прибавится. Схема примитивная, но безотказная: в трубу загоняют нефть из Западной Сибири, но по бумагам она проходит, как не облагаемая пошлиной восточносибирская. Компаниям, имеющим месторождения и там и там – раз плюнуть перетасовать добычу на бумаге. В итоге ВСТО работает в планово-убыточном режиме, бюджет теряет сотни миллиардов рублей, а кое-кто нехило наваривается.

Проект ВСТО – это всего лишь повод для мегаворовства, и не более того.
Экономика РФ – воровская экономика.
Поэтому с точки зрения логики нормального капитализма невозможно объяснить, почему при росте мировых цен на углеводороды рентабельность сырьевого сектора Путинорашки неуклонно падает.
Подчеркиваю, что не темпы роста рентабельности падают, а именно рентабельность падает!
В благополучном 2012 г. снижение составило порядка 8%. Конкретно в трубопроводной отрасли прибыли обрушились еще сильнее – на 34%.

Кстати, хотите знать, где рентабельность выросла? Будете смеяться, но это… сфера научных исследований и разработок – рост в 2012 г. аж на 69,9%.
Ага, «Сколково», «Роснано» и прочая хренотень.
Прибыль в этой области в процентных показателях такая, что Apple нервно курит на обочине, а вот на выходе конкретных продуктов у наноэкономики – ноль.
Схема здесь та же самая: убытки бюджета конвертируются в прибыли отдельных лиц. И это в Путинорашке называется гордым словом «рентабельность»! Правда, даже по этим казуистическим меркам ВСТО не может быть рентабельным.

Итак, что там с газовой сделкой с Китаем? Есть ли поводы для эйфории?
Я их в упор не вижу.
Контракт совершенно очевидно, убыточен.
Убыточен настолько откровенно, что даже цену поставок газа объявили секретной.
От кого они ее засекретили? И, главное, зачем?
Очевидно, что только с одной целью – не позориться. Было бы чем хвастать – раструбили бы на весь мир в ту же секунду.

Даже информации из открытых источников достаточно, чтобы понять – Путин осуществил газовую капитуляцию перед Китаем.
Как можно понимать освобождение поставляемого китайцам топливо от налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ)? А
понимать это надо просто: если Газпром будет поставлять Китаю минимально оговоренный объем – 38 млрд убов, то только на НДПИ бюджет будет терять ежегодно более 10 млрд. руб. при сохранении нынешней ставки на природный газ в 622 руб.
Китай в ответ освободил российский газ от импортной пошлины.
Я плакаль!
Китайцы дали льготы СВОЕЙ госкомпании в интересах СВОИХ потребителей.
А в чем выигрывает РФ, прогибаясь под китайцев?
Молчит телевизор. А больше и спросить не у кого.
А то еще обвинят в посягательстве на государственные секреты.

Многие телекомментаторы, не в силах откровенно врать о великой газовой победе Великого Пу, стали стыдливо оправдываться: мол, подписание контракта было выгодно для Пекина экономически, а для Москвы – геополитически.
Ребята, ну что за бред? Экономическую выгоду можно пощупать, можно выразить в рублях, киловатт-часах, километрах или тоннах.
А какими единицами мерять геополитическую выгоду? И вообще, в чем эта выгода?

Ни о каком перенаправлении газа из Европы в Азию даже речи не идет. Это просто физически невозможно, потому что от Ямала до Китая нет трубы. Да и в любом случае по итогам 2013 г. «Газпром» поставил в Европу 139 млрд. кубов газа.
Китай хочет получать 38 млрд.
Более того, Путин продал пока в Поднебесную шкуру неубитого медведя — газ с Чаяндинского нефтегазоконденсатного месторождения предполагается запустить в трубу только в 2021 г., а с Ковыктинского газового – в 2019 г.
Посмотрите на карте, где находятся месторождения и прикиньте: если до китайской границы протянуть трубу будет стоить $55 млрд. (и это только предварительная оценка, по факту затраты обычно вырастают в 1,5-2 раза), то труба до Ямала, чтобы перенаправить «европейский» газ в Азию, будет стоить в 3-4 раза дороже.
В каком месте пропагандоны усмотрели, что контракт с Китаем – ответ на враждебность Европе, я не в силах понять. Тем более, не понимаю, где здесь утерли нос Америке?

Кстати, РФ в газовых планах Китая даже не самый важный партнер. Если «Газпром» лет эдак через пять планирует начать поставки заявленных 38 млрд. кубометров газа, то Туркменистан уже в прошлом году прокачал через уже построенный газопровд «Центральная Азия – Китай» 40 млрд. кубов – половину всей своей добычи, а в его ближайших планах нарастить поставки до 65 млрд. кубометров в год.
Так что слова Вовика о «крупнейшем в истории газовом котракте»… ну, это просто меседж, рассчитанный на идиотов, которые об окружающем мире судят только по тому, что говорит зомбоящик.
Кстати, газопровод «Центральная Азия – Китай», протяженностью в 7 тыс. км, почему-то оценивается всего в $20 млрд. Наверное, у китайцев (они были основными инвесторами) не принято завышать сметы втрое.

В 2015 г. планирует начать поставки газа Китаю и Казахстан, причем, как и Туркменистан, он перенаправит в юго-восточном направлении те объемы газа, которые раньше у них по дешевке закупал «Газпром». По дешевке – потому что альтернативной трубы не было. А сейчас она есть, и, соответственно, «Газпром» лишается дешевого газа, который он раньше барыжил в Европу, а у Китая есть инструмент давления: мол, если не пойдете на уступки – мы еще и азербайджанский газ у вас отберем.
Кстати, 49% акций казахской компании «Мангистаумунайгаз», на которую претендовала «Газпромнефть», достались китайцам.

Переговоры о поставках российского газа в Китай начались в 1999 г.
Китай постоянно отжимал для себя все более и более выгодные позиции.
Вроде бы в 2007 г. договорились обо всем, кроме цены. Китайцы умеют ждать и умеют выбирать подходящее время и обстоятельства, чтобы додавить партнера. Если со Средней Азией китайцы решили вопрос силой – просто скупив национальные активы Туркменистана и Казахстана, то скупить «Газпром» им Кремль не позволит — кремляди тогда воровать нечего будет.
Поэтому Пекин терпеливо ждал, пока Москва не попадет в сложное положение и вынуждена будет капитулировать. В 2014 г. в связи с украинским кризисом Кремль попал в ситуацию, близкую к критической.
И китайцы дожали.

То, что это именно капитуляция, свидетельствует то, что Путин поехал в Китай в условиях, когда договоренности о цене не были достигнуты. Он поехал, чтобы подписать контракт на тех условиях, какие продиктует победитель.
Но победитель изящно приопустил Вову даже когда он в принципе уже поднял лапки – в первый день визита газовый договор так и не был завизирован, газпромовцев китайцы промурыжили еще ночь, и, вероятно, выторговали себе дополнительные преференции, которые Кремль от греха подальше засекретил.
Газпромовская делегация изначально была поставлена в невыгодные условия. Если Путин поехал в Китай, он не мог вернуться без подписанного контракта – это был бы просто феерический позор.
В общем каждый получил свое: китайцы – дешевый газ. Путин – некие имиджевые очки, которые предположительно помогут ему в торге с Европой.

Собственно, меня интересует сейчас только один вопрос – кто будет строить «Силу Сибири». Если Пекин продавил среднеазиатскую схему, то будет следующее: главным инвестором будут китайцы, а кто платит, тот и заказывает музыку – основные контракты получат китайские предприятия, строить будут китайские рабочие.

Но, скорее всего, утешительным призом Вове и Ко будет возможность раздербанить бюджет «Силы сибири» в $55 млрд.
«Газпром» под мудрым руководством «эффективных менеджеров» погряз в долгах.
Денег у него нет даже для того, чтобы выполнять свои обязательства по газификации регионов – в 2014 г. расходы по этой статье будут урезаны на 19%. Поэтому корпорация возьмет в долг за границей.
Скажите-ка мне, сколько будет стоить кредит на полсотни ярдов зелени хотя бы под 5% годовых, выданный на 20 лет?
Одно это удорожит проект вдвое!
Если сегодня «Газпром» поставляет в Европу газ с дисконтом в 15-30%, то давайте прикинем, сколько лет потребуется для того, чтобы окупить затраты, исходя из предполагаемой цены поставок в $380 за тысячу кубов? Даже если считать, что прибыль от поставок будет порядка $3 млрд. в год, то 30 лет понадобится только для того, чтобы окупить первоначальные затраты.

Долги надо возвращать, поэтому население будет обложено дополнительными тарифными поборами. Собственно оно и так уже оплачивает из своего кошелька все мегараспилы путинских дружков. Подрядчики мегастройки поднимутся в списке «Форбс» на десяток позиций, чиновники получат откаты. Остальные получат х..й.

Но не все так грустно. Есть вероятность, что Путинорашка нае...нётся раньше, чем китайцы смогут получить первые поставки газа.
Экономический барометр показывает, что крах приближается.
Если из бассейна вытекает воды больше, чем втекает, то скоро бассейн лишится воды. Если «лучшие люди страны» разворовывают больше, чем создается за это же время, то страна неминуемо станет нищей.
И пусть вас не обманывает «неуклонный рост потребления».
Специфика текущего момента в том, что разворовываются не результаты труда населения (хули тут наворуешь, если трудиться люди разучились?), а природные богатства страны. Разворовывается то, что принадлежит будущим поколениям. Знали бы меру – можно было б воровать еще лет 50. Но какой же вор будет экономить, оставляя ресурсы для разворовывания следующему поколению воров? Поэтому темпы воровства наращиваются, а ресурсы для паразитирования сокращаются. Итог предсказуем.

P.S. Есть в тюменской облдуме депутат-эсер В. И. Шарпатов. Собственно, взяли его в избирательный список «Справедливой России» лишь затем, чтобы блеск звезды Героя России несколько отвлекал электорат от уголовной хари эсеровского вождя Пискайкина. А сам по себе этот дедушка совершенно безобиден, ибо на 75-м году жизни окончательно выжил из ума.
Так вот, давеча на заседании думы он выступил с пламенной речью: мол, проклятый Запад хочет устроить у нас майдан и гражданскую войну, как на Украине, Конгресс США готов выделить 30 ярдов баксов в год на революцию в России. Поэтому, чтоб сорвать гнусные планы Белого дома, мы должны крепить духовность и патриотизм.
Да нет, Владимир Ильич, просто воровать надо поменьше!

kungurov

ЗЕлупа

Финно-угорская разгадка «загадочной России»

В России, на фоне межнациональных конфликтов Кондопоги, Бирюлёво, Манежной, да ещё многих других, продолжаются дискуссии: что объединяет русских в условиях не слишком высокой конкурентоспособности российской модели экономики и социальной организации.
Идёт поиск престижного ответа на «русскую загадку».
Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) провёл исследование «Современная российская идентичность: измерение, вызовы, ответы».
Опрос обнаружил парадоксальные результаты.
56% русских считают российской территорией, принадлежащий Украине Крым.
Южная Осетия и Абхазия, по мнению 30% опрошенных, — тоже Россия.
А вот российские Дагестан и Чечня, по мнению большинства русских — нерусские.
Дагестанцев, чеченцев, ингушей своими считают только 7 % русских.
Тогда как украинцев, приехавших в Россию, 44% русских считают своими.
Что значат такие данные?
Во-первых, то, что мнение русских (в случае Абхазии, Осетии и Крыма) формирует телевизор — слова значат больше, чем реальность. Это как с недавним признанием россиянами озера Байкал символом России.
Ведь это символ, которого собственными глазами не видели 99% россиян.
Треть русских не зачисляет себя ни к каким социальным группам и отвечает: «Я сам по себе», при этом 76% считают себя патриотами. Отсутствие групповой идентичности такой большой группы людей означает слабость реальных социальных связей, кроме вертикальных — с государством.
Россияне хорошо осознают, что родовая, этническая и религиозная консолидированность кавказских народов ставит их в выигрышное положение в борьбе за «место под солнцем». Действительно вокруг Кавказа формируется типичный конфликт ценностей.
Русские традиции, связанные с бесправием граждан перед властью и слабостью социальных институтов, вступают в острый конфликт с ценностями кавказских народов, основанными на демонстративном, как считает немало россиян, торжестве индивидуальности, которая бросает вызов всему, что её ограничивает, включительно с государством.

Недавно русское историческое общество презентовало проект единого учебника по истории для школ РФ.
Вместо «монгольского ига» теперь решено, что это была «система зависимости русских земель от ордынских ханов», события 1917 года будут называться в школе «великой русской революцией ХХ века» (чтобы не было оскорбительно, ведь и у французов есть своя революция), а период культа личности — «сталинским социализмом».
В России власть легко может «переназвать» прошлое, без новых открытий и даже общественной дискуссии. Есть мощные традиции не называть вещи своими именами — одно думают, другое изображают, а третье делают.
Один из русских классиков, Александр Герцен, писал в своё время, что русское правительство действует как обратное провидение — исправляет на лучшее не будущее, а прошлое.
Однако, такое утилитарное отношение к историческим фактам не даёт возможности извлекать уроки прошлого. В обществе, воспитанном на относительности правды, подрываются важнейшие моральные фундаменты. В свое время весь СССР, как только арестовывали какого-то очередного советского начальника, по указу Москвы вырывал из энциклопедии страницы с информацией о нём.
Для историков отгадка — в истории.
Загадка русской самобытности открывается традиционно — происхождением народа, условиями, в которых он возник и развивался продолжительное время.

В настоящее время российские ученые достаточно активно исследуют и обсуждают в СМИ роль угро-финских народов в формировании русского этноса.
Между тем, становление России объясняет, куда исчезли с белого света меря, чудь, водь, ямь, чухна, весь, пермь, мурома, мещера, югра, печора и т.д.? Хотя, например, еще и в XVIII веке под Москвой существовали административные районы мери — «Мерские станы».
Территория Ростово-Суздальского княжества XII—XIII вв., из которого и выросла современная Россия, полностью совпадает с землей народа меря, распространяясь на север к Белоозеру, вверх по течению Мсти, Мологи, Костромы, Унжа, а на юге ограничиваясь Клязьмой и Москвой-рекой. Собственно говоря, это было княжество мери с наименьшим Рюриковичем во главе, в финно-угорском море.
Еще русский поэт Александр Блок писал об истории России: «Чудь начудила, да меря намеряла».
Однако в массовые СМИ, учебники эта дискуссия почти не попадает.
Проблема в том, что, по мнению политиков, это не слишком престижно.
Нужно, чтобы было по-имперски «шикарно», в золоте, и все блестело.
Также, одно время московские великие князья и цари пытались доказать происхождение своего рода от римских императоров Августа и Константина Великого — это была почти официальная идеология.
Потом пытались вывести родословную из Киева, так что даже назвали шапку-монголку хана Узбека, подаренную московскому князю в XIV веке в знак зависимости.
Теперь мы видим смещение акцентов в Золотую Орду, которая уже «не иго». Хотя, вероятно, для народа более важно знать не вымышленную родословную, будь она хоть сто раз престижной, а свое реальное происхождение, чем выдумывать каких-то несуществующих предков.
Вместо того, чтобы понять, чем Россия в действительности является — а это было бы намного более конструктивно и с уважением к самой себя, — в России пытаются доказать, что «мы круче всего».
Собственно говоря, средствами истории пытаются решать задачи массовой психологии и психиатрии, вместо того, чтобы извлекать непосредственные уникальные уроки.
По сути, Россия в настоящее время опять переписывает историю, исходя из сегодняшнего дня и из нужд политического момента. Называние вещей своими именами — это огромная привилегия свободных людей. Это то, что помогает осознавать реальность.
Между тем, огромное количество особенностей России может быть выведено именно из финно-угорского наследия.
Русский учёный Михаил Покровский считал, что «в жилах великороссов течёт 80% финской крови». С ним солидаризировался и выдающийся филолог Владимир Даль: «Что не говорите, а намного больше половины земляков наших — обруселая чудь».
Большинство русских особенностей и отличий от остальных народов — в том числе и славянских, объясняется именно тем простым фактом, что славяне появились на территории современной России относительно недавно и, очевидно, были в значительно меньшем количестве, чем финно-угорские аборигены.
По крайней мере, ни о каких существенных переселениях славян на территории России, кроме выселения двух славянских родов вятичей и радимичей из Польши, история не сообщает.
Хотя сообщает о полутора десятках финно-угорских народов, уже имевших свои города. Никакие летописные данные о переселении славян на земли Центральной России не сохранились. Также удивление историков длительное время вызывает то, что «славянские переселенцы» не основали новые населённые пункты. Может, потому, что этих переселенцев была очень мало?

Секрет в том, что Россия является скорее славяноязычной страной, а не славянской.
Славяне появились в Залесье (ядре современной России) в XI—XII веках, и никто не может сказать, насколько массовым было переселение.
Изменение языка финно-угорского населения, продолжающееся до сих пор до ХХІ века, но так до сих пор и не завершившиеся, не значит изменения населения.
Ведь язык, и даже культуру, можно изменить, а гены — нет.
Генетические исследования, в последнее время проводимые российскими научными институциями, каждый раз подтверждают практическую идентичность россиян с финно-угорскими народами России.
Вот как, например, говорит об этом член-корреспондент Российской академии наук, профессор МГУ, директор Института общей генетики им. Н.И Вавилова РАН Николай Янковский: «Сейчас мы говорим на языке славянской группы, но означает ли это, что у нас большая часть славянских генов? Не означает! Генетику не изменишь, а язык может меняться. И какая часть генов у нас финская — большая или небольшая — это зависит от того, в каком месте проживают те люди, которые называют себя россиянами. Они все говорят на русском языке, но в некоторых регионах часть финских генов, несомненно, больше, чем часть генов славянских... Расстояние от россиян до эстонцев меньше, чем от россиян до хорватов».
От переписи до переписи доля финно-угорских народов в России уменьшается. Едва ли не большинство сегодняшних россиян — это россияне в первом, втором и т.д. поколениях. Причем «процесс обращения» в россияне не завершен и доныне. Тех, кто помнит свое происхождение из «нероссиян», в России большинство».

Да и с языком — не все так просто.
Немало слов русского языка происходят из финно-угорских языков: «пурга», «лох» и тому подобное, как также традиция сдвоенных существительных и глаголов — Москва-река, «есть-пить», «стежки-дорожки» и тому подобное. Собственно, само акающее произношение Центральной России — типично финно-угорское.
Довольно характерно изучение имен собственных. Большинство названий русских рек ничего не означают для славян — Нева, Волга, Москва, Ока...
Однако о многом эти названия говорят финно-угорским народам.
Названия рек (так называемые «гидронимы») наиболее стойкие среди всех географических названий. Например, в Украине немало рек восточной и южной Украины имеют либо скифо-сарматские, либо тюркские названия.
Например, название Днепр — скифско-сарматского происхождения, как и остальные реки с корневым Дн- или Дон- (Донец, Днестр, Днепр и тому подобное).
Между тем, практически все российские города Центральной России, насчитывающие более 500 лет истории, имеют финно-угорские названия. А это намного серьезнее для исследования, чем название рек, поскольку означает, что в этих городах жило население с соответствующим языком.
Простое исследование карты Центральной России поможет понять этот факт.
Например, город Рязань был племенным центром этнографической группы мордвы — эрзи и сначала назывался Ерзянь.
Город Коломна имеет целый ряд гипотез о происхождении своего названия, однако все они с финно-угорских языков: «рыбная река», «приграничная река» и тому подобное.
Город Муром происходит от названия финно-угорского племени мурома и означает «люди на суходоле».
Город Вологда по общепринятой гипотезе происходит от финно-угорского (вепского) слова «белый», «светлый». От этого же слова происходит и название реки Волга.
Город Суздаль, упомянутый впервые в 1024 году, явно происходит от финно-угорского слова «дивы».
Город Кострома, как и соседние Толшма, Тотьма, Вохрома, также выводится из финно-угорских языков, в котором последний слог «ма» означает «земля» (интересная параллель — современный эстонский остров Саарема).
Город Тверь в древности назывался Тихвер, что с вепского языка переводится как «тихая, густая вода».
Что касается названия российской столицы, то наиболее популярными являются гипотезы, которые выводят название Москвы по аналогу с другими финно-угорскими названиями, — Протва, Кушва, Лысьва, Сосьва, Нева, Колва, Сылва.
Русский историк Ключевский утверждал: «У одной Камы можно насчитать 20 притоков, которые имели такое окончание. «Вa» по-фински означает вода».
На сегодняшний день из современных финно-угорских языков название Москвы выводят из "коровьего брода", "мутной реки".
Все основные типичные русские «маркерные» народно-бытовые отличия являются на самом деле финно-угорскими.
Типично финно-угорскими по происхождению являются «русские» песни-частушки, русский женский головной убор «кокошник», русская мужская сорочка-косоворотка, русская баня, русские лапти, русские пельмени (последнее слово на языке финно-угорского народа коми означает «хлебное ухо»)...
Если сравнить русскую народную одежду, то не нужно никаких исследований, чтобы увидеть, что она почти тождественна мордовской или марийской, но все они резко отличаются от украинской.
То же самое касается и народной архитектуры и кухни
.
Даже культ русских - березы и медведя - имеют точно установленное финно-угорское происхождение.
В Венгрии сейчас немало курсов, на которых людей учат... смеяться. Некоторые западные туристы, которые посещают Россию, считают, что такие курсы не помешали бы и там.

Научно доказано, что финно-угорские народы, вместе с так называемыми палеоазиатскими народами Сибири и Америки (чукчи, американцы, индейцы и тому подобное) имеют «алкогольный ген», способствующий алкоголизации. Носитель такого гена пьянеет намного медленнее и хочет «добавить еще». При этом у него в крови намного быстрее образуется яд — виновник похмелья. Именно поэтому пьяные финны в Петербурге (там, где не действует сухой закон) — не менее привычное явление, чем пьяные россияне.
Такой ген имеется только у 15% населения Украины, но вот в России - у 70% населения, что само по себе уже является аргументом за самобытность происхождения украинского народа и за то, что «Украина — не Россия».
У некоторых народов северной России, этот «азиатский ген» распространен у 90% их представителей.
По мнению некоторых ученых, это вызвано тем, что финно-угры перестали быть кочевниками в историческом смысле относительно недавно, и в их организме не успели выработаться ферменты, ответственные за расщепление продуктов брожения, которых хватало у земледельцев.
Финно-угорские народы формировались в не самых благоприятных природных условиях, что отражается, в частности, на психологии.
Даже по распространению матерных слов вторая в мире страна (после России) — Венгрия.
По статистике суицидов в мировом «топе» — Финляндия, Россия и Венгрия.

Традиции захоронений — дело чрезвычайно консервативное. Археологи отмечают целые культуры по способу захоронения.
Еще и в XVII веке в Москве хоронили по традициям, зафиксированным археологами у финно-угров за тысячелетие до того, еще до христианизации.
Голландский дипломат Николаас Витсен, распорядитель «Карты Тартарии»: «Могилы здесь покрыты белыми плитами, которые лежат на каменных валиках, на некоторых — маленькие деревянные домики».
Немецкий путешественник и дипломат Адам Олеарий: «Над местом захоронения или могилами тех, у кого есть некоторые средства, на кладбищах устраиваются небольшие хаты, в которых можно стоять человеку; они обычно завешены циновками».
Для ученых очевидно, что россияне как народ возникли в результате языковой ассимиляции финно-угорских народностей нынешней Центральной России. Признание этой простой и очевидной вещи не несет никакого негативного контекста — это простая констатация факта.
Упаси нас Бог думать, что украинцы лучше только потому, что являются славянским народом.
В конечном итоге, финно-угорские народы, на момент подчинения Киеву, уже имели собственные города (Рязань, Ростов, Суздаль).
Признание простой и очевидной вещи относительно преимущественно финно-угорского происхождения России не несет ни одного негативного контекста — это простая констатация факта.
Отсюда и не будет нужно объяснять абсолютно естественные вещи: почему мордвин Сергей Глазьев агитирует за «славянский евразийский выбор», а хант Сергей Собянин является мэром столицы «славянской» России.
Осознать эту простую вещь с одной стороны нелегко, потому что искажает идеологемы, которым, не много и не мало, свыше двухсот лет.
«Страшно, что Россия — что-то другое, не то, что мы себе придумали», — как-то заявил Александр Солженицын.
Однако факт является фактом — бытовая культура и национальная психология россиян значительно ближе к финской, чем к украинской.

Разговор о тождественности украинцев и россиян для многих россиян заканчивались первым знакомством с Украиной (ученые Погодин, Трубецкой и т. д.).
В то же время, для некоторых россиян и до сих пор легче, чем осознать происхождение собственной нации — рассказывать, что Михаил Грушевский с австрийцами и поляками обучили украинскому языку простонародье на всей территории от Карпат до Дальнего Востока, в частности и кубанских казаков, подделали летописи, древние граффити, княжеские и гетманские грамоты, и создали сотни тысяч украинских народных песен.
С другой стороны, настоящее знание истории — чрезвычайно конструктивно. Оно позволяет найти себя.
Вот как об этом говорит один современный мещерский активист: «Когда изучаешь финно-угорские корни, начинаешь связывать себя с этими народами, они тебе оказываются намного ближе, чем те, кого привычно именуют «братскими славянскими народами», находящиеся за тысячи километров от тебя, а рядом, оказывается, есть намного более близкие народы».
Вот, например, как пишет об этом финский исследователь Кай Муррос: «Меня очень сильно волнует тот факт, что финны и русские фактически являются одной огромной нацией... Признание финно-угорского происхождения могло бы помочь русским по-другому посмотреть на свою идентичность, но я надеюсь, что это будет сделано естественно и органично, потому что действительно понимаю, что искусственные идентичности, вроде HOMO SOVIETICUS, не могут существовать долго и ведут в результате к моральному краху. Признание финно-угорского происхождения могло бы усилить русскую идентичность самым положительным способом и вместо того, чтобы быть искусственной конструкцией, созданной иностранными интеллектуалами, оно могло бы стать естественной реализацией и привести к согласию с самим собой... Всякий раз, когда я вижу русские картины Константина Васильева, я лишь задаюсь вопросом, - как кто-то может думать, что мы являемся разными народами!».
Интересно, что находить себя россиянам помогают этнические украинцы.
Академик Орест Ткаченко написал книгу «Мерянский язык», выпущенную в Киеве еще в 1985 году.
Академик Андрей Зализняк исследует новгородские, в том числе чудские грамоты.
Режиссер Алексей Федорченко снял фильм «Овсянки» о племени мерю. Возможно, все это — от интуитивного желания помочь россиянам найти самих себя. Без такого нахождения и примирения с собой даже целый народ может оказаться буйным и неприкаянным.

Поэтому, как нам относиться к поискам Россией своей идентичности?
Во-первых, где это касается самой России, ее выбор нас не должен задевать.
Хочет Россия отречься от своего финно-угорского корня и рассказывать о славянстве, римском императоре Августа, шапке хана Узбека или византийского императора Константина Великого — это ее право.
Но только там, где это право не пересекается с правом Украины на свое законное и природное наследие Киевской Руси.
Если на фоне множества городов с финно-угорскими названиями в России есть несколько славянских названий достаточно старых городов — Ярославль, основанный Великим Киевским князем Ярославом Мудрым, и Владимир, основанный Великим Киевским князем Владимиром Мономахом, то нас должно радовать то обстоятельство, что в России уважают Киевских князей, именами которых названы областные центры Владимир и Ярославль.
Наверно, эти князья принесли предкам россиян что-то хорошее, оставив форпосты Киевского государства, подобно тому, как Александр Македонский оставил по всему миру свои Александрии. Хотят уважать киевских князей, монахов или просветителей — пусть уважают, тем более что есть за что.
Однако когда Россия начинает называть своими киевских князей, которые никогда не были на территории Залесья, (современной Центральной России) только на том основании, что Петр I переименовал московитов на россиян — это явный перебор.
Он требует спокойной и последовательной разъяснительной работы, в том числе в мире. Сейчас не то время, чтобы можно было долго скрывать очевидное.
Хуже, когда проблемы России становятся проблемами ее соседей.
Вот как, например, советует решать проблемы русской идентичности директор Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) Валерий Федоров: «Идеальное средство для укрепления идентичности — это внешний вызов. Причем экстремально жесткий, например, война. Вспомните, когда у нас началась война с Грузией в 2008 году, все вдруг сразу почувствовали себя россиянами и стали гордиться государством. Во времена войн идентичность крепнет, во времена мира — ослабевает. Во времена затяжных кризисов — социальных и экономических — еще более ослабевает».
Не лишним будет вспомнить, что с такими идеями в свое время Россия начала ряд войн, включая проигранные Крымскую, Японскую и Первую мировую.
Интересны и рекомендации относительно укрепления идентичности, высказанные главным русским социологом: «Как формируется идентичность? Единый язык, единые права, единые стандарты, единый курс истории в школах, единые ценности, поддерживаемые и транслируемые массовой культурой (например, кинематографом)».
Поэтому, как говорил еще Ленин, «важнейшим искусством является кино и цирк».
Правда, вместо цирка в настоящее время ТВ.
А его влияние в формировании, не столько идентичности, сколько образа врага, не стоит недооценивать.
Александр ПАЛИЙ, историк
ЗЕлупа

Стокгольмский синдром русского/советского человека

Проект «СССР» был успешен до тех пор, пока поддерживался определенный уровень нищеты. Это и погубило страну абстрактной идеи свободы от капитала и собственности. Этой парадигмой объясняется и противостояние СССР - США: Нация, объявившая смыслом своего существования личное богатство, против нации, объявившей смыслом своего существования личную нищету.

Стокгольмский синдром — термин популярной психологии, описывающий защитно-подсознательную травматическую связь, возникающую между жертвой и агрессором. Под воздействием сильного шока заложники начинают сочувствовать своим захватчикам, оправдывать их действия и в конечном счете отождествлять себя с ними, считая свою жертву необходимой для достижения «общей» цели.

Как-то раз мне довелось присутствовать на диспуте, в котором участвовали ультракоммунисты троцкистского толка с одной стороны и ультралибералы с другой. Удивительно, что дискуссия, начавшись как чисто экономическая, очень быстро перешла в сферу, где чаще и чаще звучали слова «нация», «русский народ» и т. д.

Разумеется, ничего внятного этому русскому народу ни те, ни другие предложить не могли, но уже то, что столь далекие от национализма силы пытаются заигрывать с русскими, зачастую не особо понимая, что сами вкладывают в это понятие, говорит о многом. Еще 10 лет назад такое было бы просто невозможно. И не потому, что дискуссия стала «более свободной». Нет. Потому что политическая повестка дня без слова «русский» теряет всякий смысл.
Оказавшись на обломках гигантской империи, русские столкнулись с тяжелейшей проблемой самоидентификации, иными словами — кого считать русским. Но гораздо хуже то, что слово «русский» в мировых медиа значит вообще непонятно что. И происходит это вовсе не из-за какой-то невероятной сложности определения предмета, а потому что этим словом никто нацию-то и не собирается обозначать.

«Русская мафия», как оказывается, совсем не русская: это чеченцы, азербайджанцы, узбеки — кто угодно из тех, что когда-либо имели отношение к СССР. И все они — «русские». И вот эта идентификация «русский = советский», за которую как за какую-то сверхценную идею в свое время цеплялся брежневский агитпроп, и становится губительной для русских.

Особенно губительной потому, что в Конституции Российской Федерации нет такого понятия — «русские». Есть «многонациональный российский народ». При этом юристы, которые создавали этот документ под канонаду танковых орудий, расстреливавших парламент, не задумывались (или сознательно закрывали глаза?) о том, что из многонационального народа можно безболезненно вычеркнуть русских, как в свое время из «многонационального советского народа» легко вычеркнули крымских татар, чеченцев, карачаевцев, немцев Поволжья.

Подмена понятий "русский"/"российский" вовсе не схоластика. «Внеэтническое» гражданство — атомная бомба замедленного действия. Это теоретическая база для геноцида русского народа — ни больше, ни меньше. Если русских нет, а есть только «российские», то ничто не мешает назначить мэром крупного города фактически иностранца, присягнувшего на верность флагу. А дальше — больше. Можно создать полицию из россиян-«прозелитов», армию, чиновничий аппарат. И вот уже не нужно никого оккупировать. Осталось — самая малость — отправить этих... ну, которые алкаши в ватниках (они ни русские, ни туркменские, а вообще не поймешь какие), за колючку — и дело сделано. Какие такие русские?

Подданный или гражданин?

Пока был царь-батюшка, нация строилась по принципу «кто царю-батюшке присягнул, тот и русский». Только к слову «русский», как и положено в империи, добавлялось слово «ПОДДАННЫЙ». Русский царь — стало быть, ПОДДАННЫЕ у него тоже русские.

Собственно, так разоблачаются всевозможные спекуляции по поводу номинации. Дескать, «русский» — это прилагательное, никакого имени называть не может, а без имени, как известно, нет сущего. Но народ руссы, россы, великороссы — существует.

По крайней мере до 1917 года это ни у кого сомнений не вызывало. А вот определение народа, как функции от царствующего дома — довольно циничный и подлый идеологический перевертыш. Во-первых, царь, если иметь в виду представителей дома Романовых, как бы это сказать, не совсем русский. Рафинированная прусско-австрийская династия лишь благодаря участию камергера великого князя Петра Федоровича, Сергея Васильевича Салтыкова, получила русскую кровь, которой у последнего «русского» императора было порядка 1–2 %. Куда больше было, например, английской.

Известна история о том, как Александр III, услышав версию, оспаривавшую отцовство Павла I, воскликнул: «Слава богу, Мы — русские!». Правда, затем, услышав не менее убедительное опровержение, заявил: «Слава богу, Мы — законные!». Возможно, это не более чем исторический анекдот, но любопытна следующая из него логическая вилка: «русский царь» vs «законный царь». Во-вторых, подданные у этого царя, мягко говоря, ну очень уж разные. Что общего между горским абреком, таджикским дехканином и охотником на морского зверя с Таймыра? Ничего. Только ПОДДАНСТВО.

Отсюда и возникает очень опасный миф о том, что «русские» вовсе и не национальность, а некое абстрактное понятие, никогда не существовавшее в природе. Просто так царям удобнее было звать своих подданных скопом. В современном политическом лексиконе появилось слово «аэтничность». Русские аэтничны. В этом их якобы коренное отличие от остальных наций.

Вообще-то, в мире есть еще только одна нация, которая строится на принципах аэтничности, — американцы. Нация, и вправду предложившая гражданам некую иную — НАД-этничную, СВЕРХ-этничную — идентификацию. Но и здесь нет ничего удивительного. Достаточно обратиться к истории. По сути, американская нация — это нация идеи. Идеи освобождения от феодального гнета, абстрактной свободы — свободы прежде всего финансовой, возникших под влиянием Великой французской революции.

Русские вроде бы тоже нация абстрактной идеи, тоже идеи свободы, возникшей около 100 лет назад как воплощение мечты о революции социалистической, но — в противовес американской — не свободы капитала, а свободы ОТ капитала. Тут снова нужно сделать очень существенную оговорку. Не русские, а СОВЕТСКИЕ. Свобода от капитала, свобода от собственности на каком-то этапе стала генеральной идеей новой НАД-этничной империи.

Проект «СССР» был успешен до тех пор, пока поддерживался определенный уровень нищеты. Мне представляется, поддерживался он искусственно. Люмпенизация масс, раскрестьянивание крестьянства, целый ряд советских запретов, связанных с подсобным хозяйством и личным автотранспортом, причем реализованных тогда, когда послевоенная разруха была уже преимущественно преодолена, убедительно доказывают этот тезис.

Но время шло вопреки идее тотальной нищеты. Где-то в 1960-е годы уровень жизни стал таким, что нищета розлива первых лет советской власти перестала быть «скрепой». У людей начала появляться какая-никакая собственность: квартиры, машины, гаражи. Да, не у всех, но уже и не у избранных, как в сталинском СССР. Это-то и погубило страну абстрактной идеи свободы от капитала и собственности. Этой парадигмой и объясняется неизбывное противостояние СССР — США:

Нация, объявившая смыслом своего существования личное богатство, против нации, объявившей смыслом своего существования личную нищету. При этом американская нация, изначально создаваемая искусственно, из иммигрантов, в отличие от советской, в которой многие оказались вынужденно, с самого начала своего существования рекрутировала людей склонных к определенным типам поведения, ставших новыми гражданами сознательно, ради новой жизни и жизни своих потомков.

Можно дискутировать о том, насколько были обмануты эти надежды, но тогда необходимо согласиться и с тем, что великая идея «мировой социальной справедливости» также оказалась недостижима. Можно ссылаться на противодействие капиталистического мира, но тогда также нужно указать на то, что противодействие и подрывная деятельность носили взаимный характер; ровно настолько, насколько можно обвинять «пиндосов» в «развале СССР»™, настолько же можно обвинять и СССР в том, что Коминтерн не дал реализоваться «американской мечте» в полной мере.

Мы — народ?

В XVIII веке под влиянием величайших европейских философов: Локка, Монтеня, Монтескье, Вольтера — стала формироваться идея обоснования легитимности власти одного человека над другими. До этого момента основой любого суверенитета была максима «вся власть от Бога». Но даже в византийской традиции существовал (по крайней мере был описан) институт отречения от власти монарха, предавшего свое божественное предназначение. В теократическом сознании византийцев свержение такого монарха-отступника было делом, безусловно, богоугодным.

Отцы-основатели США объявили источником легитимности не бога, а непосредственно народ. Декларация независимости начинается словами «Мы — народ...». Жаль, что у нас ее никто не читал, как толком не читали и Библию. В XIX веке разворачивается эпическая борьба наций с феодалами. Битва граждан за право называться гражданами и подданных, по сути личных ОПГ феодалов, за право сохранить вековой status quo.

Эта битва приобретала очень причудливые формы — от крестьянских войн до биржевых обвалов, но велась она (и ведется по сей день), не прекращаясь ни на секунду. В этой эпической битве были свои герои, свои провокаторы, свои демоны и мученики, но суть ее оставалась неизменной: не дать народам возможности громко объявить «Мы — народ» и выступить как суверен, то есть равный монарху коллективный субъект права, с одной стороны, и завоевать эту возможность — с другой.

В успехе этого дела важнейшую роль играет самоидентичность. Чтобы заявить: «Мы — народ», мы должны очень глубоко и однозначно понимать, кто же этим народом является. И тут нужна холодная голова. Если создавать нацию по принципу Ноева ковчега, то есть брать на борт всех, кого не устраивает текущее мироустройство: ливийцев, сирийцев, никарагуанцев, французов, недовольных финансовой политикой властей etc., — рано или поздно (а уже скорее рано, чем поздно) мы придем к ситуации, когда слово «русский» действительно перестанет иметь какое бы то ни было этническое содержание, и потребуется новая идея.

Этой идеей при столь разношерстной публике на борту может стать только бесконечное приращение территорий, то есть опять же империя, обязательно Великая. Довольно логичной выглядит мысль о том, что на корабле есть, условно говоря, «пассажиры» и, столь же условно говоря, «команда». Эта команда, капитан и матросы, — государствообразующий народ.

Присвоение понятию некоего поясняющего определения — штука весьма лукавая. Признание русского народа «государствообразующим» лишь усугубляет ситуацию. Ведь команда корабля — это вовсе не хозяева судна. Это обслуживающий персонал, которым, в зависимости от ситуации, можно жертвовать (и уж точно можно пожертвовать, например, его бытовыми удобствами), чтобы не нарушать покой пассажиров.

Собственно, это и являет собой история Советской империи. «Государствообразующих» очень легко расходуют в бесконечных войнах за имперское величие (их апогеем стал Афганистан), объясняя это высшими интересами Родины, непонятными простому обывателю. Но как только встает вопрос об адекватной конвертации этих интересов в уровень жизни народа, ответственные лица закатывают глаза к небесам.

А какого такого народа? Корабль плывет? Плывет. Пассажиры довольны? Довольны! О чем речь, ребятушки? Средняя температура по нашему кораблю очень даже ничего. Разве плохо жили советские люди в Прибалтике? Разве плохо жили советские люди в Грузии? Это же всё НАШИ люди! Ну а то, что в кочегарке духота невыносимая и люди валятся с ног; то, что постоянно прорывает гальюн на нижних ярусах, — так не все же сразу! Дойдет дело и до вас. Когда-нибудь.

Когда большинство кочегаров уже отправится на корм рыбам. Но снова и снова находятся новые пассажиры, приращиваются новые территории, на которых, как выясняется, весьма проблематично жить. Это не беда! Зато мы «Самые Великие».

Останется только найти суверена-судовладельца. Ну уж с чем с чем, а с сувереном-то проблем обычно не возникает. Британский королевский дом — довольно многочисленная феодальная структура, и в ней всегда найдется какой-нибудь «смотрящий» для этих русских матросов. Бунты на кораблях британцам подавлять не впервой. Главное — поддерживать в рабах глубокую убежденность в том, что интересы их палачей — это и есть их настоящие национальные интересы.

Михаил Сарбучев, опубликовано в издании Русская фабула