April 7th, 2014

ЗЕлупа

О ментальном разъединении украинцев и русских

В последнее время нас, живущих вне России, пугают разговоры с Русскими. У кого подруга приехала, у кого тесть, кто родственникам позвонил - и почти всегда наши позиции по Украине и по Крыму настолько отличны, что точек соприкосновения практически нет - мы не понимаем как они могут настолько в плену российской пропаганды и не видеть того что видим мы. А они естественно считают, что это мы в плену у пропаганды.

Этот текст мне попался в сети.
Автор - Днепропетровец Дмитрий Савочкин.
Прочитайте - это хорошее объяснение того как устроен мир общественного мнения и почему мы иногда не способны понять друг друга

Дмитрий Савочкин.

Я не так долго жил в Советском Союзе - когда он распался, мне было 13. Но определенные вещи оттуда я помню очень хорошо. Лучше всего - вкладыши от жвачек «Турбо » и бесконечные очереди. Об очередях я еще в своем первом романе писал - это было что-то невероятное, даже можно сказать - магическое. Какой-то чёртов культ. Но я не об этом сейчас - я хотел рассказать про еще одну вещь, которую очень хорошо помню - свои мысли по поводу окружающего мира. Конечно, как у всякого нормального советского пацана, у меня не было никаких сомнений, что наша страна - самая лучшая на свете, и люди здесь живут так, как и должны жить, а там, по ту сторону железного занавеса - не жизнь, а сплошные страдания. Там другие, плохие люди (такой, очень общий образ) угнетают всех нормальных людей, и хотят нас здесь убить.

Я очень четко помню, как я пытался понять - каким образом мыслят люди за границей советской системы. Как они не могут понять простой и понятной истины - что то, что происходит в Советском Союзе - хорошо, то, как мы здесь живем - хорошо, мы - добро, как этого можно не видеть! У них должны быть сказки о том, что такое добро? А они, там - зло. Их образ мышления, их стиль жизни - все это плохое, и они должны немедленно изменить их, а если они этого не делают - то они СОЗНАТЕЛЬНО становятся на сторону зла, и вообще непонятно, почему мы их до сих пор не уничтожили нашими лучшими в мире ракетами. Было даже легкое раздражение действиями руководства страны , которое так долго ждет перед уничтожением очевидного зла.

Я помню эту святую уверенность в том, что мы на стороне добра. Несмотря ни на что - ужасные условия жизни, очереди (я говорил вам о советских очередях?), жвачку, которую почему-то привозили «из-за бугра», зарубежные фильмы и музыку, которые были значительно лучше наших, и так далее. Меня совершенно не смущали хамовитые заявления Советского МИД и ИТАР ТАСС - я считал, что так и надо давать отпор очевидному злу! - фарс единодушной поддержки населением решений руководства - а разве можно поддерживать добро не единодушно? - идиотские демонстрации, на которые сгоняли людей по разнарядке - ну конечно, собирают по разнарядке, все надо нормально организовывать! - и выборы с бюллетенем, в котором 1 кандидат.

Я помню, как я читал изданные в Советском Союзе воспоминания какого-то американского коммуниста, всю книгу жаловался , как ему было трудно быть коммунистом в США (книга была для детей, поэтому там были его детские воспоминания). Он рассказывал - среди прочего - как учительница демонстрировала детям разницу между американской демократией и советским фарсом. Сначала она ставила на стол две урны, и дети могли бросать бумажки в одну или в другую, в зависимости от того, кого они поддерживают. Дети бросали. Это были американские выборы. А потом учительница демонстрировала советские - на стол ставилась только одна урна. Все дети, конечно, смеялись из этих «выборов». Наш маленький коммунист (автор книги) писал «надо было иметь незаурядное мужество, чтобы подойти и бросить бумажку именно в эту урну». И когда он это сделал - весь класс, включая учительницу, смотрел на него волком. Он был моим личным героем.

Сейчас, когда я это вспоминаю, мне становится жутко. Какая-то неведомая мне американская учительница демонстрирует ярчайшее объяснение того, «что не так» с Советским Союзом: у вас, сцуко, нет выбора. Нет голоса, нет свободы, нет прав, ничего, и это невероятно очевидно сейчас. Это очевидно каждому, кто смотрит на этот пример. Однако какое-то маленькое зомбированное существо встает и бросает в эту урну бумажку. И даже не это кажется мне ужасным - а то, что я, читавший эти сроки, также не видел ничего странного в том, что выборы проводятся из одного кандидата. А что тут такого? Ну конечно, это выборы. Ты можешь поддержать кандидата, а можешь не поддержать. Вот тебе и выбор. То есть я смотрел на этот чрезвычайно яркий пример, вот он был, просто у меня перед глазами! - и не видел. Смотрел и не видел. Я! Это был я! Не какой-то там человекоподобный робот с планеты Катрук, а я!

Впервые я задумался над этим в 2004-ом году. На улице были выборы Януковича, и я бы даже проголосовал за него - я и сегодня не вижу большой трагедии в том, что президент в прошлом дважды судимый, по моему мнению это как раз подчеркивает саму суть демократии и равенства возможностей - если бы не огромные потоки лжи и откровенного зомбирования, которые лились из всех телевизионных, радио и других каналов. Это было что-то невероятное. Улицы были покрыть растяжками «Автомобилисты Днепропетровщины - за Януковича», в транспорте висели плакаты «Работники трамвайного депо - за Януковича», с экранов телевизоров нам рассказывали о том, как колхозники намолотили в закрома родины под руководством мудрого Януковича, а журнальные обложки пестрели ликом одноименного премьер - министра. Это было невыносимо! И тогда я - сознательно - впервые в своей жизни - перешел со стороны добра на... не знаю... я не понимал, на какую сторону, но на другую. И через какое-то время увидел себя в искаженном зеркале пропаганды. Я почувствовал, как ложь, агрессивность и нетерпимость стали литься на меня непрерывным потоком из СМИ, из источников официальной информации, и от людей, которые все еще находились «на стороне добра».

Я впервые почувствовал себя по ту сторону железного занавеса.

Это очень странное ощущение, потому что, с одной стороны, ты смотришь и видишь какие-то достаточно очевидные вещи, и поражаешься, как другие могут смотреть прямо на них, и не видеть их в упор. С другой - я вспоминаю свои детские мысли, и одинокую урну для голосования в американской школе, которая казалась мне такой естественной. Проблема в том, что я понимаю людей, которые остались с другой стороны железного занавеса. И понимаю, что не смогу ни переубедить их, ни спасти. Переубеждение возможно лишь тогда, когда мы с какими-то людьми живем в одном измерении. Говоря языком науки - в рамках одной аксиоматики. Потому что мы, так же, как и они, в общении используем определенные вещи, как аксиомы - не требующие доказательств. Например, параллельные прямые не пересекаются. И исходя из этого уже можно строить какую-то концепцию, и о чем-то договариваться. Но, если предположить, что где-то, в бесконечности, они пересекутся - то будет совсем другая математика. Это легко понять на геометрическом примере, но гораздо труднее - на социальном.

Хорошую иллюстрацию по этому поводу привел Константин Соснин: В 1959 г. в Москве состоялась Американская национальная выставка. Вот что запомнилось моему папе: на выставке по задумке организаторов были представлены две «типичные кухни» — советская и американская. В американской части были представлены, например, соковыжималка, особенно потрясшая Хрущева, и стиральная машина. К этому моменту стиральные машины, как и телевизоры, были у подавляющего большинства американцев и оставались экзотикой в СССР. Казалось бы, как посетитель выставки, пусть и четырнадцатилетний, мог не понять преимуществ капитализма над социализмом? И тем не менее, вспоминает папа, мог. «Типичная советская кухня» на выставке примерно соответствовала по своему техническому оснащению американской. Сейчас легко проверить, что все предметы, представленные в «типичной американской кухне» на выставке 1959 г., действительно присутствовали в типичной американской кухне, а представленные в «типичной советской» были доступны ничтожной доле населения. Советские посетители прекрасно понимали, что эта кухня не является «типичной советской». Значит, заключали они, и американская экспозиция является такой же фальшивкой.

Люди, оставшиеся «на стороне добра» смотрят на все с позиций другой аксиоматики, принимая как данность вещи, которые для нас являются странными, или даже дикими. Жители Северной Кореи очень хорошо понимают, что они живут в бедной голодающей стране, в то время, как огромное количество людей, которые живут по другую сторону границы, давно лишены таких проблем. И знаете, как они в слухах рассказывают друг другу о невероятном богатстве американцев?

- Говорят, в Америке каждый человек получает продуктовые карточки на 900 граммов риса в день!

- Да ты что! Карточки на 900 граммов риса в день! Вот это да!

У них другая аксиоматика и они не способны выйти за нее, как не способны условные двухмерные муравьи, которых мы рассматривали в качестве примера на лекциях по топологии, понять, что где-то существует третье измерение. Попробуйте объяснить жителю Северной Кореи, за пределами их страны не существует продуктовых карточек, и ты можешь купить себе хоть вагон риса - кстати, он не так уж и много стоит. Он не поймет вас. Он переведет это у себя в голове какие-то понятные ему термины, и останется при своем мнении. Все равно он остается на стороне добр , а вы - на стороне зла. И странно, почему вас до сих пор не истребили лучшие в мире ракеты утренней свежести, это проклятое милосердие Ким Чен Ына!

Их сознание искривляется, демонстрируя удивительное сочетание романов «1984» Оруэлла и «Пятницы» Турнье. Они учатся видеть то, что они убедили себя они видят, и не видеть того, что, как они убедили себя, они не видят.

Моя мама общается в «одноклассниках» со своей бывшей одноклассницей (простите за каламбур) . Мама была круглой отличницей, а одноклассница - училась на тройки. Но потом она переехала в Москву, и этот факт, по ее мнению, дает ей право поучать мою маму, и рассказывать ей, как устроен мир. Мама очень вежливо реагирует на все нападки, даже несмотря на частые ремарками вроде «ОЛЯ, КАК ТЫ МОЖЕШЬ? ТЫ ЖЕ ДОЧЬ СОВЕТСКОГО ОФИЦЕРА!».

Но недавно одноклассница переплюнула саму себя, выдав эпическую, по моему мнению, фразу:

- Оля, ну ты же не можешь НЕ ВИДЕТЬ, что чеченцы сожгли филармонию?

В этой фразе прекрасное все. И даже легкое смущение со стороны моей мамы, когда она пытается сначала понять, о каком городе идет речь - где сожгли филармонию? В Москве? Нет, все четко, одноклассница имела в виду именно то, что написала - не может же моя мама не видеть, что чеченцы сожгли киевскую филармонию! Прекрасная здесь уверенность, что киевскую филармонию сожгли. Прекрасная уверенность, что сделали это чеченцы, которые стояли на Майдане против Януковича. И прекрасная уверенность, что каждый нормальный человек это ВИДИТ, даже несмотря на то, что какие-то другие, ненормальные люди, пытаются доказать, что с филармонией все в порядке, сожгли совсем другое здание и сделали это сотрудники милиции. Нормальные люди ВИДЯТ, что чеченцы сожгли филармонию, они не могут этого не видеть.

Эта бесспорная категоричность обезоруживает. В простом мире советских людей есть белое, и есть черное, есть хорошие, и есть плохие, и нет никаких полутонов. В их мире нет огромной работы по «отделению мух от котлет», которая составляет абсолютное большинство времени мышления человека в нашем мире. Им не надо пытаться понять, на чьей стороне сегодня правда, и в какой пропорции, и под каким углом, и которые полуправды еще могут на эту правду влиять. Правда всегда на их стороне. Смущенный митингующий на запорожском антимайдане откровенно говорит «Мы - хорошие!». И что тут непонятного?

Сегодня, когда риск того, что железный занавес - не бутафорский, а уже практически реальный, такой, как был во времена Советского Союза - снова опустится, становится чрезвычайно высоким, я искренне радуюсь, что он опустится на восточной границе Украины, а не на западной. Этот занавес больно разделит наш мир - русские и украинцы не просто родственные нации, мы как сиамские близнецы приросли друг к другу, и разделение невозможно без хирургической операции. Ссорятся друзья, сотрудники, родственники, распадаются семьи. Но у меня нет сожаления. Даже несмотря на то, что я очень хорошо понимаю, что люди, которые остаются по ту сторону, заходят еще на один виток бесконечно-лживой убогой жизни (я говорил вам о советских очередях?), и в конце концов у них все равно произойдет революция, и им придется строить свою страну с нуля (или может не им, а уже их детям). И мне их не жалко.

Потому что если ребенок в Советском Союзе, которым я был, не имел выбора - я имею в виду ментального выбора, с самого рождения у меня была только одна ментальная «урна» в голове - то у взрослых людей сегодня он есть. И все, кто «находится на стороне добра», «борется с фашистами», кто оправдывает откровенную ложь Путина об отсутствии в Крыму российских военных, объясняет сам себе откровенную незаконность крымского «референдума», соглашается с международной изоляцией России - они делают это выбор сознательно. И одноклассница моей мамы, которая рассказывает, что мама же НЕ МОЖЕТ НЕ ВИДЕТЬ, что чеченцы сожгли филармонию, делает сознательный выбор не видеть, что во-первых, моя мама находится в Киеве (то есть ей лучше видно, что к чему), во-вторых, филармония цела, а в-третьих, никаких чеченцев здесь нет. Она делает сознательный выбор видеть все в искаженном зеркале российской пропаганды - потому что ей так проще.

Ну и пусть остается. Это ее выбор, и это ее любимая сторона железного занавеса. Они вернулись туда, куда хотели - в Советский Союз, где у них не будет никаких мук выбора, которые, как оказалось, невыносимыми для любого раба. Прекращайте эти споры, и свои крестовые походы против советских телеканалов. Пусть врут, что хотят, их просто надо выключить на территории Украины, и порадоваться.

Порадоваться тому, что мы - на другой стороне.

ЗЕлупа

Русский - русским (с)

Ну вот я, русскоговорящий житель Донбасса, и дожился до того, что окончательно перестал понимать окружающих меня русских людей.
Русских Украины и России.
Братушек-славян, смешно бьющихся в псевдопатриотическом угаре на площадях. Если верить политтехнологам – у меня с ними общая ментальность.
По моим ощущениям – мы жители разных планет. По какой-то невероятной причине варварская агрессия против маленькой Украины, вызывает у соседей небывалый патриотический подъем. Как до этого вызывала такой же подъем агрессия против крошечной Грузии.
Как же, разбомбили грузин, победили страну размером с Ростовскую область, отобрали кусок территории.
Такие у России теперь победы.
Когда-то в мире существовала другая Россия с другими русскими. Которую уважали и считали одним из центров мировой цивилизации. Которая состояла в клубе самых влиятельных мировых держав и была среди основателей тогдашнего НАТО – Антанты. Которая не противостояла Европе, а была ее частью. Наверно, быть патриотом той России было не стыдно. Когда-то у России были другие победы. Когда-то она побеждала величайшие армии мира и любая страна на земле почитала за счастье заключить с нею торговый и военный союз. Этим в самом деле можно было гордиться, но все это было с другой Россией.
Той страны больше нет. Она выродилась и деградировала.
Мутировала в страну злобных и агрессивных неудачников, мстящих за свои поражения целым народам, транслирующих ненависть а окружающий мир.
Великие достижения остались в учебниках.
Теперь вся страна в эйфории от того, что оторвала кусочек от обескровленной, ограбленной Украины, без повода вторглась на территорию сопредельного государства, стыдливо закрыв шевроны на форме солдат. Подвиги остались в прошлом, и орлы с российского герба превратились в стервятников.
Любая армия, сопоставимая по численности с российской, сотрет в порошок ее сухопутные войска.
Китай и США способны рассеять российские вооруженные силы в несколько дней. Больше не будет ставных русских побед, теперь воевать осталось только с теми, кто слабее и меньше.
Россия – это гопник мирового масштаба.
Трусливый дебил, подло выбирающий для наезда того, кто не сможет дать ему сдачи.

Нормальному русскому человеку должно быть стыдно за такую страну.
«Вы нам еще за Севастополь ответите!» - говорил герой гротескного русского фильма «Брат-2», как бы обращаясь к украинцам. Режиссер не даром придумал этот эпизод – знал, чего хочет русский зритель конца 90-х. Попал в самую точку.
Но никто так и не объяснил, за что в сущности пришлось отвечать Украине. Разве наша страна когда-то вторгалась в Севастополь? Воевала с Россией за него? Разве Крым был отторгнут грубой силой?
Нет. Сами отдали – и Севастополь, и Крым.
Причем, дважды – один раз символически в 1954, другой – в 1991 году.
И признали украинский статус этих регионов в официальных договорах.
О каком восстановлении справедливости говорят теперь российские пропагандисты? Россия превратилась в пугало мирового масштаба, не признающее подписанных ею же договоров, забывающее про выданные гарантии.
Государство-изгой, с которым нельзя ни о чем договариваться, которому нельзя верить, на которое нельзя положиться. Последнее голосование в ООН четко определило зону российского влияния и круг российских друзей.
Северная Корея, Судан, Зимбабве – вот уровень современной России.
За сто лет, прошедших со времени существования Антанты, произошел чудовищный откат назад, в самые мировые задворки. Но шовинизм слепит русских, никто не видит, что произошло. И опьяненные телекартинкой граждане выбегают на улицы с российскими триколорами, думая, что празднуют победу.
Кусочек аннексированной территории соседней страны создает временную иллюзию величия, как доза психотропного вещества. Остаткам своего влияния Россия Путина обязана углеводородам, эпоха которых стремительно отходит в прошлое.
Русская нефть и русский газ теперь будут стремительно вытесняться с мировых рынков – даже не из-за Украины, а из-за опасения повторить ее судьбу. И когда продавать их станет проблематично, то окажется, что России больше нечего предложить миру.
У России ничего больше нет.
И в эту приближающуюся пропасть миллионы русских идут с горящими глазами и перекошенными от избытка чувств рожами.
- Ур-р-ра-а-а-а!
Экономическое самоубийство ради минутной возможности продемонстрировать самим себе свою грубую силу. Да, мы еще что-то можем! Мы на что-то способны!
Весь март в Донецке бушевали масштабные сепаратистские митинги русских. Ораторами с трибун были сказаны тысячи слов о величии русской культуры, о тысячелетней русской истории, о литературе, военных победах и космосе.
А после всего этого русские попросили вернуть им Януковича.
И все имперское величие, весь героический лоск разом разбились о глупую неповоротливую тушу. Говорили о Достоевском, а получилось, как всегда. Вспоминали царей и тиранов, а в конце присягнули на верность косноязычному енакиевскому уголовнику, жалкому посмешищу из Ростова.
Этот вечный Янукович, который обязательно венчает любые разговоры и великом и святом – это и есть та самая загадочная русская душа. Космические цели, зашкаливающий пафос и жалкие результаты. Разговоры о святости и духовности – и гадкие, грязные дела, вместо героев - воры и негодяи.
Люди с российскими флагами говорят, что им нужен новый Столыпин, а в заключении говорят - Янукович наш легитимный президент. Трусливый украинский воришка, свергнутый народом в Киеве и позорно бежавший из страны – символ не современной Украины, а современной России.
На таких персонажей теперь вынуждена опираться в сопредельных государствах бывшая империя, чтобы сохранить остатки своего влияния.
Янукович, Аксенов, Медведчук, Царев – трупные черви, копошащиеся в догнивающем теле СССР.
Не академики, не писатели, не великие меценаты.
Забудьте, все это в прошлом. Современным русским не нужен Сахаров. Им нужен Янукович.
Совсем скоро их не станет.
Процесс входит в завершающую стадию.

© Денис Казанский [30.03.2014]
ЗЕлупа

Регионы РФ сейчас воспроизводят Советский Союз 1986 года, система входит в штопор

Долг региональных бюджетов РФ к марту 2014 года уже составил 31% их собственных доходов, у 40% регионов он выше 50%, а 7 регионов уже в начале года «вышли за флажки» — их долг превысил доходы.

Такую статистику приводят в Независимом институте социальной политики (НИСП. Такие цифры озвучила директор региональных программ НИСП Наталья Зубаревич на апрельской конференции Высшей школы экономики. «Регионы сейчас воспроизводят Советский Союз 1986 года», — замечает она.

Сильные, инвестиционно активные регионы первыми попали в ловушку, считает Зубаревич: федеральный центр «обрушил» им их собственную доходную базу — налог на прибыль, а финансовую поддержку распределяет в пользу бедных.

По ее словам, в кризисе региональных бюджетов гораздо больше институциональных причин, чем экономических. Именно политическими решениями федерального центра обусловлен рост региональных расходов и изменение их структуры.

По итогам 2013 г. доля налога на прибыль в структуре региональных доходов стала минимальной за последние 6 лет (21% против 28% в 2008 г.). Выросла до 6-летнего максимума доля налога на доходы физических лиц (его поступления увеличились за год на 11%) — до 31% (27% — в 2008 г.). Это тоже чистая политика, напоминает Зубаревич: государство обязало повышать зарплаты бюджетникам. Мощный рост налога на имущество (на 15%) — общий тренд регионов, замечает она: «Если ничего не получается, надо доить бизнес, это, в общем-то, и на федеральном уровне работает».

Доля трансфертов федерального бюджета в доходах регионов третий год снижается, и это в условиях ухудшающейся экономической ситуации, отмечает Зубаревич. С пика 2009 г. в 27% всех доходов их доля сократилась в 2013 г. до 19% (1,6 трлн руб., в 2012 г. — 1,7 трлн). «Но для самых слабых кондиции практически не меняются — их как кормили, так и кормят. Среднеразвитые, так же как и развитые, продавили вниз. То есть риски развития легли на средне- и относительно развитые регионы: власть сделала свой выбор — кто будет платить издержки», — делает вывод Зубаревич.

Если в целом доходы региональных бюджетов за 2013 г. выросли на 1% (у трети — упали), то расходы увеличились на 6%. «Есть чудовищные цифры о дельте в 20-25%, в отдельных случаях в 30% между доходами и расходами. И тут чемпионы далеко не только слаборазвитые республики, которым нечего терять, но и немаленькое количество развитых регионов», — говорит Зубаревич. Дефицит региональных бюджетов составил «феерическую цифру» — 8% всех доходов регионов, почти в половине регионов — более 10%, и только 6 регионов вышли в ноль или завершили год с профицитом, указывает Зубаревич: «Это разбалансировка. Система входит в штопор».

Рекордный дефицит — 642 млрд руб. в 2013 г. — беспокоит и министра финансов Антона Силуанова: «Такого никогда не было, дефицит достигал максимальной отметки в 50-100 млрд руб». Улучшения ситуации в ближайшей перспективе не предвидится, сообщал он сенаторам: «Мы не видим возможности сейчас прогнозировать увеличение прибыли предприятий и налога на прибыль. Динамика фондов оплаты труда тоже сокращается, поэтому НДФЛ также не будет расти такими темпами, как раньше. Тем не менее, расходные обязательства существуют, и их нужно выполнять».

Получив от федерального центра «предложение, от которого нельзя отказаться» — необходимость профинансировать рост зарплат бюджетникам без дополнительного источника доходов — регионы вынуждены выживать и выкручиваться, констатирует Зубаревич.

Однако расходы на национальную экономику — т.е. инвестиции, строительство дорог, поддержка отраслей и др. — не снизились, а даже выросли на 8%: «Значит, регионы боролись, пытались найти деньги, чтобы инвестировать в развитие хоть как-то», — заключает Зубаревич. Но получается не очень, признавал министр регионального развития Игорь Слюняев: в 2013 г. доля капитальных вложений в расходах бюджетов составила 12%, сократившись с 13% годом ранее и вдвое — в сравнении с докризисным 2007 г. Это замедляет процесс обновления инженерной инфраструктуры, основных фондов, социальной сферы, посетовал министр.

Зато не отказались регионы от повышения расходов на госуправление (в 2013 г. возросли на 7%): «Совершенно невозможно сократить расходы на себя любимых — это свойство российской бюрократии неотменимо во всех режимах и правилах», — иронизирует Зубаревич.

Может быть, надо признать, что пора прекратить делать политически мотивированные и экономически необоснованные решения о повышении зарплат, рассуждает Зубаревич: публично такого признания, конечно, не будет, но втихую показатели подкрутят, чтоб смягчить удар по регионам. Раздача региональных налоговых льгот из федерального центра тоже вряд ли прекратится, полагает она: «Потому что иначе не будет «я начальник — ты дурак». По этой же причине не стоит ждать роста прозрачности трансфертов, считает она: «Это невероятное удобство короткого поводка: будешь делать правильно — получишь, не будешь — не получишь».

Поводок пригодится, поскольку бюджетный кризис регионов придется разруливать в ручном режиме. Объем госдолга регионов за пять лет утроился до почти 1,5 трлн руб., за 2013 г. регионы удвоили свой банковский долг, что грозит проблемами уже банковской системе, предупреждала Счетная палата. Минфин обещал заменить дорогой банковский долг дешевым бюджетным. Опять выиграют несознательные — те, кто нарастил гигантский долг, заключает Зубаревич: «И это опять дефектность системы».

В конце прошлого года S&P предупредило, что политика федерального центра ведет регионы к дефолту

Состояние межбюджетных отношений показывает и невероятно низкое качество управления в большинстве регионов, убеждена Зубаревич: «Они либо не умеют, либо боятся. И принимают чудовищные решения». Это следствие системного «отрицательного отбора» при назначении, а не избрании губернаторов, заключает она. Майкл Рохлиц из Международного центра изучения институтов и развития ВШЭ, проанализировав смену глав регионов с 2007 по 2012 гг., обнаружил удивительную закономерность: чем хуже у губернатора с экономикой, тем выше его шансы сохранить свой пост.

Еще одним следствием дефектных отношений центра и регионов становится то, что последним все менее интересно работать с бизнесом, замечает Зубаревич: крупные компании от регионов никак не зависят, средние часто аффилированы с властью, а малых уже задавили. «И, наконец, мы воспроизводим систему, когда спасение утопающих — дело рук самих утопающих, но в московских кабинетах. Вот такие институты», — заключает Зубаревич.